Only $2.99/month

Глава 10 (новая). Недействительность сделок

Terms in this set (68)

Когда правовые последствия, на которые направлена сделка, т.е. возникновение , изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, не наступают, говорят, что сделка недействительна. Если, например, гражданин, признанный недееспособным, взялся за плату провести ремонт в квартире другого гражданина, подписанный ими договор недействителен (абз. 1 п. 1 ст. 171 ГК), а у его сторон не возникли права требовать выполнения работы и ее оплаты и соответствующие им обязанности.

Недействительность сделки означает, что как проявление частной автономии сделка не состоялась: ее стороны не добились желаемого ими возникновения, изменения или прекращения своих прав и обязанностей, т.е. не смогли своими действиями установить для себя правила поведения.

Правовые последствия , на которые были направлены действия субъектов по заключению сделки, могут не наступить по разным причинам. Так, до наступления отлагательного условия не происходит предусмотренного условной сделкой возникновения , изменения или прекращения прав и обязанностей. Не влечет намеченных последствий и договор, сторон ам которого не удалось согл асовать его существенные условия («незаключенный договор » ) . Не порождают правовых последствий односторонние сделки , не предусмотренн ые ни законом, ни ин ым правовым актом, ни соглашением сторон (п редл . 2 п. 51 Постановления Пленума ВС РФ № 25 ).

П онятием н едействительности ненаступление н амече н н ых субъектами последствий охватывается тол ько тогда , когда е го прич и но й является несоблюдение условий действительности сделки . Сдел ки, п ораже н ные пороками в отношении содержания , субъектно го состава,воли сторон или фор м ы , во многих случаях объявля ются законом н ичтожными либо оспорим ы м и (и ногда их называют «порочнымю>, или содержашими пороки воли, формы и т.д.). Ничтожная сделка недействительна, тогда как оспоримая сдел ка действительна, но может стать недействител ьной, если суд по иску упр авомочен ного л ица п ризнает ее таковой . Аналогичным образом разл ичают ничтожные и оспоримые решен ия собраний (абз. 1 п . 1 ст. 181 . 3 ГК).
Если в понятие сделки включать достижение правового резу.1ыата, на который она направле на, и называть сделками такие де й ствия с убъе ктов гражданского права, которые не только направлены на установ.1ение , изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (ст. J 53 ГК) , но и в де й ствител ьности влекут указанные последствия, пон ятие « Недейств ительная сделка» о казывается внутренне противоречивы-.,�: если совершенные действия не повлекл и н амеченного правового резупыата. то они с;rелю1 не образуют. Тогда следует го ворить не о с оверше н ии н едей ствител ьной сделки, а о ее отсутствии , ибо как юриди ческий ф акт она не сушествует.

В ряде случаев отечественное право различает сделки недействительные (существующие, но не порождающие начеченного правового эффекта в силу определ енных п ороков) и несуществующие (действия субъе кто в , которые вообще не могут быть квали фицированы как Сilе:1ки). Напрю�ер, и стребование вещи из чужого незаконного владения и �1еет различную юридическую природу в зави с и мости от того, я вляются ли уч астники спора стороню�и недействительной сдел ки . Если ве щь получена в результате такой сделки , ее возврат должен осуществл ятьс я в порядке реституции (п. 2 ст. 1 67 ГК) , а если сделки не было, то в п орядке виндикации ( ст. 30 1 ГК) или кондикции (требо ва н ия из неосновател ьного обогащения в соответствии со ст. 1 1 02 и п. 1 ст. 1 1 04 ГК) .
Ненаступление правовых последстви й , на которые были направ ле н ы де й ствия субъе ктов , не исключает наступления правовых последствий, которые с совершением таких де йствий связывает закон (абз . 1 п. 1 ст. 1 67 ГК) . Так, в соответствии с п. 2 ст. 1 67 ГК действия по совершению сдел ки, ока:швше йся недействительной , считаются элементом фактического состава, влекущего возникновение между сторонами правоотношений по возврату полученного (реституции). Кроме того, совершению сделки, оказавшейся недействительной, могут сопутствовать противоправные действия сторон, мекущие возникновение между ними правоотношений из причинения вреда, например: обман, насилие или угроза по отношению к одной стороне, исходящие от другой стороны, возлагают на причинителя обязанность возместить убытки (предл. 2 п. 4 ст. 1 79 ГК).

Порок может лежать не на всей сделке в целом, а лишь на отдельных ее частях: например, закону могут противоречить только некоторые условия договора. По общему правилу недействительность части сделки влечет недействительность сделки в целом. Сохранение в силе остальных частей сделки допускается, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части (ст. 1 80 ГК) . При и ном подходе к этой ситуации стороны могут оказаться связанными сделкой, которую они не намеревались заключать (абз. 2 п. 1 00 Постановления Пленума ВС РФ No 25). Исключение составляют случаи, когда сохранение в силе хотя бы части заключенной сторонами сделки будет соответствовать их ожиданиям в большей мере, чем ее недействительность в целом.
Н ичтожная сделка недействительна в силу закона с момента ее совершения. В удовлетворении требования (иска), основанного на ничтожной сделке, должно быть отказано. Если суд установит, что сделка поражена пороком, влекущим ее ничтожность, он констатирует это ех oj]icio (в порядке осуществления своих должностных обязанностей) независимо от заявлений сторон. Это верно и для основанных на ничтожной сделке возражений стороны на предъявленные к ней требования.

Ничтожная сделка недействительна независимо от признания ее таковой судом (п. 1 ст. 1 66 ГК) : она изначально не влечет правовых последствий, поэтому не требуется и специального (преобразовательного) судебного акта, который устранял бы наступившие последствия. Вместе с тем сторона сделки или иное лицо может иметь охраняемый законом интерес в том, чтобы суд устранил неопределенность в вопросе о том, является ли спорная сделка н ичтожной. В этом случае предъявляется иск о признании недействительной ничтожной сделки для того, чтобы суд своим (установительным) решен ием констатировал ее н едействительность (абз . 2 п. 3 ст. 1 66 ГК).
Обычно ничтожн ая сделка н едействительна раз и навсегда, а последующее ос вобождение ее от п ороков может быть квал ифицировано разве что как п овторное совершение сделки с тем же содержанием, так что правовые последствия наступят лишь на будущее - с момента повторного совершения сделки (от лат. ех пипс - с н астоящего момента) . Однако в редких случаях закон допускает исцеление ничтожных сделок, или их конвалидацию (от лат. convalescere - выздоравли вать, обретать с илу, становиться действительным) . Так, е сли одн а из сторон полностью или ч астично исполнила сделку, требующую нотариального удостоверения , а другая сторона уклоняется от такого удостоверения сдел ки , суд по требованию исполнившей сделку стороны вправе признать сделку действительной (предл. 1 п. 1 ст. 1 65 ГК) . В результате сделка , ничтожная вследствие несоблюдения нотариальной формы (п . 3 ст. 163 ГК) , превращается в действительную . Аналогичным образом могут быть исцелены н ичтожные сделки гражданина, признанного недееспособным, и малолетнего в случаях, когда такие сделки совершены к их выгоде (п. 2 ст. 171 и п. 2 ст. 172 ГК) .
1.3.1 Лицо, обладающее правом на оспаривание
-только лицо, управомоченное на её оспаривание
-прямое волеизъявление или конклюдентные действия субъекта права на исполнение сделки ведёт к утрате права на её оспаривание по основанию, о котором он знал или должен был знать (ОДОБРЕНИЕ ИСЦЕЛЯЕТ СДЕЛКУ)
-сделка должна быть оспорена в судебном (исковом порядке); может быть предъявлен встречный иск
-в ряде случаев в силу специального указания закона самостоятельным элементом основания для оспаривания является НАРУШЕНИЕ ПРАВ ИЛИ ЗАКОННЫХ ИНТЕРЕСОВ лица, оспаривающего сделку (или то, в интересах кого она оспаривается)

-распространяется исковая давность сроком в один год

-в случае успешного оспаривания так же считается, что она недействительная с момента её совершения (за исключением некоторых случаев, когда она может быть признана недействительной на будущее время (ex nunc)).
Правом на оспаривание такой сделки закон наделяет лицо, чьи права или охраняемые законом интересы она может нарушить (или действующее в его интересе другое лицо). К примеру, кабальная сделка может быть оспорена потерпевшей стороной (п. 3 ст. 1 79 ГК); сделка по распоряжению имушеством, совершенная гражданином, ограниченным судом в дееспособности, без согласия попечителя, - попечителем (абз. 1 п. 1 ст. 1 76 ГК); крупная сделка акционерного общества, совершенная в отсутствие согласия на ее совершение, - обществом, членом совета директоров или акционерами (акционером), владеющими не менее чем 1 % голосующих акций (предл. 1 п. 6 ст. 79 Закона об акционерных обществах).

Таким образом, определение судьбы сделки остается на усмотрение лица, управомоченного на ее оспаривание . Пока оно воздерживается от осуществления своего права, сделка сохраняет силу и не может быть поставлена под сомнение ни другими субъектами гражданского права, ни судом, ни иным государственным органом. Так, регистрирующий орган не может отказать в государственной регистрации сделки или основанного на ней права по той лишь причине , что она поражена пороком, влекущим их оспоримость (п. 5 ст. 38 Закона о регистрации недвижимости). Не могут ссылаться на порочность оспоримой сделки и субъекты гражданского права, не имеющие права на ее оспаривание.

Если субъект права на оспаривание своим прямым волеизъявлением или конклюдентными действиями обнаружит свою волю на сохранение сделки (одобрение оспоримой сделки) , он утрачивает право оспаривать ее по основанию, о котором знал или должен был знать при проявлении его воли (абз . 4 п. 2 ст. 1 66 ГК). Такое одобрение исцеляет оспоримую сделку от порока и превращает ее в неоспоримую. Однако оно не препятствует последующему оспари ванию сделки по тем основаниям, о которых субъект права на оспаривание не знал и не должен был знать в момент проявления воли.

Осп ариван ие сделки может быть осуществл ено только в судебном (исковом) порядке. В несудебного волеизъявления для превращения оспоримой сделки в недействительную недостаточно. Оспоримую сделку не лишает силы и заявление о ее недействительности , сделанное в форме возражения на иск. Если к лицу, имеюшему право на оспариван ие сделки, в судеб н ом порядке предъявлено основанное на ней требован ие , оно может предотвратить его удовлетворение , оспорив сделку посредством встречного иска (абз. 3 п. 71 Постановления Пле нума ВС РФ № 25) .

***сделка может быть признана недействительной лишь при наличии предусмотренных законом оснований, например, если она совершена без необходимого в силу закона согласия третьего лиuа (абз. 1 п. 1 ст. 1 73.1 ГК) , п од влиянием существенного заблуждения (п. 1 и 2 ст. 1 78 ГК) , насилия, угрозы или обмана (п. 1 и 2 ст. 1 79 ГК). В ряде случаев в силу спеuиального указания закона самостоятельным элементом основания для оспаривания является нарушение прав или законных интересов лиuа, оспаривающего сделку, или лиuа , в интересах которого она оспаривается .

К примеру, успешное осп аривание сделки, совершенной представителем в отношении себя лично или в отношении другого лиuа, представителем которого он является , возможно лишь при услови и , что сделка не только не была согласована представляемым, но и нарушает его интересы (абз. 2 п. 3 ст. 1 82 ГК) . То же верно и для оспариван ия сделки хозяйственного общества, в совершении которой имелась заинтересованность (абз. 2 п. 6 ст. 45 Закона об обществах с ограни ченной ответствен ностью и абз. 2 п. 1 ст. 84 Закона об акционерных обществах) . Поскольку в этих случаях получение согласия на совершение сделки требуется для защиты представля бюго или хозяйственного общества от возможньLх неблагоприятных последствий конфликта интересов, признание сделки н едействительной ввиду отсутствия с огласия независимо от того, наступили ли такие неблагоприятные последствия , было бы избыточным.

В других случаях само по себе нал ичие в сделке порока, влекущего по указанию закона ее оспориi'.юсть, представляет собой нарушение прав или законных и нтересов лица, достаточ ное для успешного оспаривания сделки . Так, требова н ие супруга, ос пари ваю щего сделку по распоряжению общим имуществом, совершенную другим супрутом без его согласия (абз. 2 п. 2 или абз. 2 п . 3 ст. 35 С К), должно быть удовлетворено без отдельного исследования вопроса, нарушает ли спорная сделка его права или интересы: уже само по себе распоряжен ие общи м имуществом без его согласия представляет собой такое нарушение. То же следует сказать и в случае , когда сделка оспари вается как совершенная п од влиянием обм а на, насилия или угрозы.

Ввиду отмеченного различия правило, которым успешность оспаривания сделки поставлена в зависимость от того, нарушает ли она права или охраняемые интересы лица, оспаривающего сделку, или лица, в интересах которого сделка оспаривается, требует дифференцированного применения (предл . 2 абз. 2 п. 71 Постановления Пленума ВС РФ № 25) .

На требование о признании оспоримой сделки недействительной распространяется исковая давность сроком в один год (п. 2 ст. 181 ГК).

В случае успеш ного оспаривания такая сделка становится недействительной и уже не отличается от ничтожной сделки. Хотя оспоримая сделка лишается своих последствий в момент вступления в законную силу решения суда о признании ее недействительной, считается, что она недействительна с момента ее совершения (лат. ех tunc - с момента в прошлом). Таким образом, считается, что она никогда не имела силы и предусмотренные ею правовые последствия никогда наступали. Только если из сушества оспоримой сделки вытекает, что она может быть прекрашена лишь на будушее время, суд, признавая ее недействительной, прекращает ее действие на будущее время (ех пипс) (п. 1 и 3 ст. 1 67 ГК)

***Л ицо, которое еще до признания сделки недействительной, знало, что она оспорима, не получит защиты в своем доверии к действительности этой сделки, если впоследствии она будет успешно оспорена (абз. 2 п. 1 ст. 167 ГК). Например, компания А купила дорогостоящее оборудование у компании Б, зная, что Б, в свою очередь, приобрела его по договору мены у общества В, для которого договор мены был крупной сделкой, не прошедшей согласования. Если договор мены будет признан недействительным, окажется, что право на оборудование никогда не переходило от В к Б, следовательно, Б был неуправомоченным отчуждателем. В силу абз. 2 п. 1 ст. 167 ГК А не сможет ссылаться на свою добросовестность для получения защиты в качестве добросовестного приобретателя (п. 1 ст. 302 ГК) , поскольку знала, что право Б основано на оспоримой сделке.
Условия и пределы реал изации частной автономии и свободы договора (объем право- и дееспособности субъектов, требования к формированию и изъявлению воли, к форме волеизъявления и др.) устанавливаются правовыми нормами. Кроме того, частная автоном ия и свобода оговора ограничиваются нормами права, запрещающими совершение сделок с определенным содержанием или целями, в определенных обстоятельствах и т.п . В ыход сделки за эти рамки покрывает ее пороком, вле кущим ничтожность или оспоримость. Поэтому можно сказать, что нарушение требований закона или и ного правового акта (ст. 1 68 ГК) является общим основанием недейств ительности сделок , а отдельные основан ия недействительности , связанные с пороками субъектного состава, воли или формы сделки, лишь конкретизируют его.

Вместе с тем соблюдение установленных законом или и ным правовым актом требований не всегда является условием действительности сделки . Например , несоблюдение специальных правил продажи доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью сделку не порочит: договор купли- продажи имеет полную силу, а субъе кт нарушенного преимущественного права может требовать перевода на себя прав и обязанностей покупателя (п. 5 и 18 ст. 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) . Нарушение требований закона ил и и ного правового акта становится основанием недействительности сделки, «если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки» (п. 1 и 2 ст. 1 68 ГК) .
Если соблюдение требования закона или иного правово го акта является условием действительности сделки, то сделка, совершенная в нарушение этого требования, ничтожна или оспорима. Какой именно формой порочности поражает сделку нарушение данного требования закона или иного правого акта, определяется пугем толкования соответствующей нормы.

Имеются случаи, когда закон прямо предусматривает, что сделка, совершенная в н арушение того или иного конк-ретного требования, ничтожна или оспорима. Так, ст. 928 ГК запрещает договоры страхования противоправных интер есов и убытков от участия в играх. лотереях и п ари, устанавливая их ничтожность. Статья 1 1 24 ГК предусматривает, что в случае необходимости присутствия свидетеля при с оставлении , п одписании, удостоверении завещания или передаче его н отариусу е го отсутствие влечет за собой недействительность (ничтожность) заве щания , а несоответствие свидетеля установленным требованиям может стать основанием признания завещания неде й ствительным (оспоримость).

В пользу ничтожности сдел ки говорит нарушение ею требований, сформулированных как я вно выраже н ный законодательный запрет (п. 75 и 76 П остановл ения Пленума ВС РФ No 25). Например , ст. 383 ГК не допускает переход к другому лицу прав. неразрывно связанных с личностью кредитора, а предл. 1 п. 2 ст. 16 Закона о защите прав потребителей запрещает обусловливать приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением иных товаров (работ, услут).

О н ичтожности может говорить противоречие условия сделки существу законодательного регулирования (абз. 2 п. 74 Постановления Пленума ВС РФ № 25). Так, при заключении договора аренды на неопределенный срок условие, лишающее стороны права на односторонний отказ от договора, ничтожно, поскольку оно не только нарушает абз. 2 п. 2 ст. 6 10 ГК, но и несовместимо с самой конструкцией договора аренды как договора о временном владении или пользовании вещью, а также с принципом недопустимости вечных договорных связей.

Если сделка не только нарушает требование закона или иного правового акта, но и посягает на публичный интерес либо на права или интересы не участвовавшего в ее совершении лица, имеются серьезные основания для вывода о ничтожности сделки. Если же нарушение требований сопровождается нарушением прав или интересов только одной из сторон сделки, есть основания считать сделку оспоримой (ер. ст. 1 68 ГК и п. 74 и 75 Постановления Пленума ВС РФ № 25).

Запрет сделок в обход закона, совершенных с противоправной целью, содержится в п. 1 и 3 ст. 10 ГК1 • Здесь речь идет о законодательном запрете сделки, которая, не будучи охвачена буквой закона, позволяет достичь последствий, нежелательных с точки зрения целей законодательного регулирования. Суды ориентированы на то, чтобы к сделке, совершенной в обход закона, применять правила, в обход которых она совершена (предл. 1 п. 8 Постановления Пленума ВС РФ № 25).

При этом нарушение требований закона или и ного правого акта влечет для такой сделки те же последствия, что и для сделок, вступаюших в прямой конфликт с соответствуюшим законоположением (ничтожность, оспоримость, последствия , не связанные с недействительностью): сам по себе факт «обхода закона» на правовые последствия нарушения запрета влияния не оказы вает.
Сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна (ст. 1 69 ГК). Такие сделки иногда н азывают «антисоциальными» .

***Границы частной автономии и свободы договора каждое общество и каждая историческая эпоха проводят по-разному. Господствующие представления о них интегрируются в правовую систему законодателем и судами. Требованиям правовой определенности в набольшей степени соответствует фиксаци я границ дозволе нного частно-автономного регулирования в законе: границы, обозначенные таким способом, видны каждому, что придает правовым последствиям действий субъектов гражданского права предсказуемость.
Однако никакой законодатель не способен заранее оuенить бесконечное многообразие возможных сделок и предвидеть будущие изменения в обществе. Полноте и актуальности законодательного регулирования препятствует и тяжеловесность законотворческого проuесса, его политический характер. Поэтому судам предоставлена возможность признавать недействительными сделки, которые хотя и не нарушают требований закона или иного правового акта, но вступ ают в конфл икт с представлениями современного общества о должном. Объявляя ничтожными сделки, совершенные с uелью, заведомо противной основам правопорядка или нравств енности , законодател ь оставляет на усмотрение суда решение вопроса о том, совместима ли та или иная сделка, соответствующая закону , с общепринятой сегодня системой uенностей .

Признание недействительными сделок, не нарушающих требований закона или иного правового акта, может быть согласовано с требова ниями правовой определенности и принципами частной автономии и свободы договора лишь при услови и , что оно будет допускаться в исключительных случаях, когда конфликт сделки с господствующими представлениями о должном очевиден. Мерилом допустимости сделки выступают при этом не л ичные взгляды судьи, а социальные нормы и ценности, разделяемые обществом в целом. Поскольку в таких случаях интеграцией представлений общества о должном в правовую систему занимается суд, а н е законодатель, может сложиться впечатление, что речь идет о признан ии сделки недействительной как проти воречаще й не правовым, а каким- то иным нормам.

Последствием недействительности сделки, совершенной с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности , долгие годы являлась конфискация, т.е. взыскание всего полученного стороной или сторонами в доход Российской Федерации (первоначальная редакция ст. 1 69 ГК). Это последствие часто оказывалось неадекватным тем обстоятельствам, в которых обнаружи вались основания считать сделку недействительной .П оэтому суды , признавая недействительными недопустимые сделки , стали ссыл аться не на ст. 169 ГК, а на ст. 10 и 1 68 ГК. Иначе говоря, сделка признавалась недействительной как н арушающая требование закона (ст. 1 68 ГК) в виде ст. 10 ГК, запрещающей злоупотребление правом (п. 7 Постановления Пленума ВС РФ № 25 и п. 9 и 10 Обзора ВАС РФ № 1 27. Правила ст. l О ГК при этом применяются не в качестве общего принципа гражданского права, а как специальная норма). Так, со ссылкой на ст. 10 и 1 68 ГК допускается оспаривание сделки, совершенной должником во вред кредиторам, например, когда должник с целью воспрепятствовать обращению взыскания на ценные бумаги передает их другому лицу в доверительное управление.

Хотя в таких случаях сделка формально признается недействительной как нарушающая требования закона, понятие злоупотребления правом наполняется конкретным содержанием судами, которые, таким образом, устанавливают пределы частной автономии, прямо не закрепленные в законе
Сделка как акт частной воли может иметь полную силу, только если она совершена липом, обладающим достаточной для этого правоспособностью и дееспособностью (либо от имени лица с достаточной правоспособностью лицом с достаточной дееспособностью). Так, физическое лицо не может быть стороной договора страхования в качестве страховщика (ч. 1 ст. 938 ГК) , т.е. его правоспособностью такие сделки не охватываются, но, будучи дееспособным, оно может заключить такой договор от имени страховой организации (в качестве ее представителя). Сделки, выходящие за пределы право- или дееспособности их участников, поражены пороком, влекушим их ничтожность или оспоримость.

Сделка, совершенная одним лицом, по общему правилу не может влечь последствия для другого лица, не участвовавшего в ее совершении (п. 2 ст. 1 54, ст. 1 5 5, п. 3 ст. 308 ГК). Такая сделка может приобрести полную силу и создать правовые последствия, в том числе и для третьего лица, только при условии, что последнее дало согласие на ее совершение или было представлено в сделке уполномоченным липом. Несоблюдение этого условия приводит к ничтожности или оспоримости сделки либо иным образом ограничивает ее действие.

К примеру, не согласованный кредитором перевод долга по соглашению между старым и новым должниками ничтожен (абз. 1 п. 2 ст. 39 1 ГК), а соглашение об изменении договора, заключенное лжепредставителе м, условно недействительно, т . е . не имеет силы , если псевдопредставляемый не одобрит е го (ст. 1 83 ГК и п. 1 24 Постановлен ия Пленума ВС РФ № 25) .

Сделка, совершенная гражданином, который фактически не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, во многом сходна со сделками с пороком воли (ст. 1 70, 1 78 и 1 79 ГК). Но в случаях, когда лицо находится в состоянии «фактической недееспособности» (ст. 1 77 ГК), порочны все совершаемые им сделки, тогда как сделка с пороком воли недействительна только тогда, когда волевой порок лежит именно на ней: так, недействительна только та сделка, которую лицо было вынуждено заключить п од влиянием обмана или насилия либо угрозы, но не любая сделка, которую оно заключило в период воздействия этих факторов на его волю.
Гражданин может выступать стороной любой сделки , признаваемой правопорядком, за исключением тех нем ногочисленных сделок, совершение которых доступно только юридическим лицам (в частности, страховщиками в договорах страхования могут быть только юридические лица, а финансовыми агентами в договорах факторинга в силу ст. 825 ГК - только коммерческие организации). Такая сделка, совершенная физическим лицом , ничтожна (п. 2 ст. 1 68 Г К).

Подобно этому и юридическое лицо, обладаюшее общей правоспособностью (абз . 2 п. 1 ст. 49 ГК) , может быть стороной любой сделки, признаваемой правопорядком, за исключением тех немногих, которые доступны лишь физическим лицам (напр имер, завешание в силу п. 2 ст. 111 8 ГК) , либо физическим лицам и юридическим лицам другого вида (например, договоры дарения не могут совершаться коммерческими организациями в силу подп. 4 п. 1 ст. 575 ГК). Сделки юридического лица, выходящие за этот предел, ничтожны (п. 2 ст. 1 68 ГК).

Юридическое лицо со специальной правоспособностью может совершать только сделки, которые соответствуют целям его деятельности. Таковы, например, ба нки, страховые организации и акционерные инвестиционные фонды, а также некоммерческие организации и унитарн ые предприятия ( предл. 2 п. 4 ст. 52 ГК) . Сделки, выходящие за пределы специальной правоспособности юридического
лица, ничтожны (ст. 1 68 ГК) .

Цели деятельности юридического лица могут быть ограничены его уставом (учредительным документом) , хотя закон этого и не требует, т.е. по желанию его учредителей или участников. В этом случае сделка, соверше нная в п ротиворечии с указанными целями, оспорима (ст. 1 73 ГК). Для того чтобы не вынуждать контрагентов такого л ица проверять его устав и нести связанный с этим риск ошибки (ознакомился со старой редакцией устава, неправильно его истолковал и т.д.), оспаривание сделки по указанному основанию допущено только при условии, что такое ограничение является определенным, а другая сторона знала или должна была знать о его наличии (п. 1 ст. 1 74 ГК и п. 22 Постановления Пленума ВС РФ № 25)
Совершать сделки может лишь тот, кто в достаточной степени способен понимать значение своих действий (интеллектуальный момент) и руководить ими (волевой момент). Несоблюдение этого условия действительности сделки влечет ее ничтожность или оспоримость.

***Для действительности совершаемых гражданином сделок имеют значение главным образом его типичные, а не индивидуальные характеристики. Так, право признает одинаковый объем сделкоспособности за всеми лицами, принадлежащими к определенной возрастной группе (до 6 лет - недееспособные, от 6 до 14 лет и от 14 до 18 лет - частично дееспособные, с 18 лет - полностью дееспособные), абстрагируясь от особенностей каждого конкретного человека, который в действительности может оказаться не по возрасту зрелым или, наоборот, инфантильным. Не имеют значения и индивидуальные особенности или текущее психическое состояние лиц, ограниченных судом в дееспособности или признанных недееспособными: объем их сделкоспособности определяется их статусом. Поэтому фактическое изменение психического состояния или отпадение основания ограничения дееспособности сами по себе не влияют на объем сделкоспособности гражданина, будучи лишь основанием для изменения его статуса в судебном порядке (п. 3 ст. 29 и п. 3 ст. 30 ГК). По той же причине сделки лица, признанного недееспособным вследствие психического расстройства, н ичтожны даже в том случае , если совершаются в период ремиссии, т.е . в то время, когда лицо фактически обладало способностью понимать значение своих действий и руководить ими.

Объемом дееспособности, признаваемой за гражданином, определяется круг сделок, которые он может совершать сам (ст. 2 1 , 26, 28-30 ГК) , а также последствия совершения сделок, в этот круг не входящих (ст. 171, 1 72, 1 75, 1 76 ГК). Лица, не достигшие ш естилетнеrо возраста, и лица, признанные судом недееспособными, не обладают сделкоспособностью и любая совершенная ими сделка ничтожна. Ничтожны и сделки лиц в возрасте от 6 до 14 лет, выходящие за очерче нный законом круг. Те сделки , которые лица в возрасте от 14до 18 лет, а также лица, ограниченные судом в дееспособности, не могут совершать самостоятельно, нуждаются в согласии родителей, усыновителей или попечителя и в отсутствие такого согласия оспоримы.
Не всегда возможно распознать возраст или психическое состояние кон кретн ого человека, определив т е м с а м ы м объем его сделкоспособности . Если малолетство бросается в глаза, то в 16 или 17 лет человек вполне может выглядеть как совершеннолетний, а поведение липа, ограниченн ого судом в дееспособности или признанного недее способным, далеко не всегда отличается заметными особенностями. Следовательно, контрагент может и не знать, что вступает в сделку с л ипом, не обладающим достаточ ной для этого сделкоспособностью. Однако право не защишает доверие контраген та, предпочитая интересы лип, не обл адающих пол ной дееспособностью , интере сам оборота. Заключенная таким липо м сдел ка ничтожна или может быть признана недействительной независимо от того, знал ли ero контрагент об отсутствии требуемой сделкосп особности ( ер., однако, н еудачную п опытку с корректиро вать этот п одход при менительно к одной группе случаев в абз. 2 п. 2 ст. 1 77 ГК) .

Цель исключения или ограничения сделкоспособности лип, не способных в полной мере понимать значение своих действий или руководить ими, - защитить их от причинения вреда самим себе и возложить заботу об их интересах на других. Поэтому право на оспаривание сделок, совершенных гражданином в возрасте от 14 до 18 лет, предоставлено е го родителям, усыновителям или попечителям , а сделок, с овершенных липом, ограниченным судом в дее способности, - его попечителю . По этой же причине допускается исцеление (конвалидация) ничтожной сделки малолетне го по иску родителей , усынови телей или опекуна и сделки н едееспособного - по иску опекуна, если эта сделка выгодна для малолетнего или неде ес пособного и ее испеление будет соответствовать их и нтересам (п. 2 ст. 171 и п. 1 ст. 1 72 ГК).
Абстрактность представительских полномочий, их независимость от внутренних отношений между представителем и представляемым означают, в частности, что представитель имеет возможность совершить любую сделку, охватываемую полномочием, независимо от того, соответствует ли она содержанию внутренних отношений и целям, р ади которых полномочие устанавливалось. К примеру, если, согласно договору, представитель обязан продать товар по о пределенной цене, но выданная ему доверен ность такого ограничения не содержит, то продажа товара по более низкой цене будет иметь полную силу и свяжет представляемого.

Практическая польза этого заключается , помимо прочего, в том, что контрагенты, вступающие в сделку с представителем, освобождаются от издержек и рисков, связанных с изучением отношени й между представителем и представляемым. Для того чтобы определить, уполномочен ли представитель на заключение сделки, достаточно ознакомиться с доверен ностью, не вникая в содержание договора и иных внутренних отношений, послуживших поводом для ее выдачи. При последовательном проведении принципа абстрактности представляе мый оказывается с вязан сделкой независимо от того, знал ли контрагент, что она не соответствует внутренним отношениям. Однако контрагент, который вступает в сделку с представителем, зная, что тот действует вразрез с данным е му поручением или интересами представляемого, защиты не заслуживает. В таких случаях представляемый получает право оспорить неугодн ую ему сделку
Освобождая контраге нта от оце н ки соответствия заключаемой сделки интересам представляе мого и связанных с этим рисков, закон допускает оспаривание сделки, закл юченной представителем в ущерб интересам представляемого , лишь при условии, что сделка совершена в результате сговора представителя с контрагентом л ибо при очевидности ее несоответствия внутре нним отношен иям (п. 2 ст. 1 74 ГК).

При сговоре либо ином злонамеренном соглашении представителя одной стороны с другой стороной имеют место и эксцесс представителя , действующего не (только) в и нтересах представляемого, а в своих собстве н ных ил и в чужих, и знание контрагента об этом эксцессе . При отсутствии сговора сделка может быть признана недействительной , если об эксцессе п редставителя недвусмысленно свидетельствуют содержа ние сдел ки ил и обстоятельства ее совершения (другая сторона сделки знает ил и должна была знать о явном ущербе для представляемого ) . Так, если без разумных оснований представитель продает товар от имени представляемого по цене в несколь ко раз н иже рыночно й, то с учетом конкретных обстоятельств дела совершен ная им сделка может быть признана недействительной , поскольку н алицо и н арушение предста в ителем е го обязательств п еред п редставля емым, и оче видн ость этого э ксцесса для контра гента (абз. 3 и 4 п. 93 Постановления Пленума ВС РФ № 25 и п. 9 Обзора ВАС РФ № 1 2 7).
***Подобным же образом обстоит дело и со сделками органов юридического лица. И здесь возможны ситуации , когда лицо, уполномочен ное действо вать от имени юридического лица, совершает сделку вразрез с интересами юридического лиuа или установленными им прав илами . И здесь приходится выбирать между ограждением юриди ческого лица от нежелательных сделок , соверш енных его органом, и упроще нием его участия в обороте: чем больше возможностей оспорить заключенную органом сделку предоставлено юридическому лицу, тем менее надежным контрагентом оно окажется и тем обременительнее для контрагентов станет заключение сделок с ним.

Имеются все основания для признания недействительной сделки, совершенной исполнительным органом в результате сговора с другой стороной или влекущей явный ущерб для юридического лица, очевидный для другой стороны (п. 2 ст. 1 74 ГК) . В таких случаях налицо и эксцесс исполнительного органа, который перестал действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (п. 3 ст. 53 ГК), и знание контрагента об этом эксцессе.

Недействительной может быть признана и сделка, совершенная исполнительным органом с выходом за ограничения, установленные учредительным документом юридического лица или иными документами, регулирующими его деятельность, если об этих ограничениях знала или должна была знать другая сторона сделки (п. 1 ст. 1 74 ГК) .

Но поскольку объем полномочий органа фиксируется законом, контрагентам нет необходимости при совершении сделки с органом изучать устав, проверка которого не входит в требуемый от каждого контрагента стандарт осмотрительности (п. 22, 92 и 1 22 Постановления Пленума ВС РФ № 25). Поэтому в нормальной ситуации контрагент и не должен знать об ограничениях, содержащихся в учредительном документе, так что оспаривание сделок по этому основанию возможно лишь в чрезвычайных случаях.
В тех случаях, когда получение необходимого в силу закона согласия третьего лица или органа юридического лица является дополнительным условием действительности сделки, его невыполнение поражает сделку пороком, влекущим ее оспоримость или ничтожность, либо иным образом ограничивающим ее действие

Законом, а в предусмотренных им случаях - соглашением с лицом, в чьем согласии нуждается сделка, могут быть установлены последствия отсутствия согласия иные, чем недействительность сделки (п. 1 ст. 1 73 . 1 ГК) .

По общему правилу сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия , оспорима. Н ичтожность или относительная недействительность поражают несогласованную сделку, когда это следует из закона. Едва ли не един ственным случаем, когда закон прямо требует согласования сделки под страхом ничтожности, является положение абз. 1 п. 2 ст. 39 1 ГК РФ, в соответствии с кuторым в согласии кредитора нуждается договор о переводе долга между перв оначальн ым и новым должниками .

Если несогласованная сделка оспорима, она может быть признана недействительной лишь при условии, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии согласия (п. 2 ст. 1 73 . 1 Г К). Признание несогласованной сделки недействительной не зависит от того, нарушает ли она интересы стороны или третьего лиuа (абз. 2 п. 1 ст. 1 67 ГК и абз. 2 п. 71 Постановлен ия Пле нума ВС РФ № 25).
При совершении сделок нормальной считается с итуаuия , в которой воля , воплотившаяся в волеизъявлен ии, совпадает со свободно сформированной внутре н ней волей.

О сделках с пороками воли говорят в двух случаях, которые отклоняются от этого п оложения:
1) волеизъявление не соответствует в нутрен ней воле , либо
2) внутренняя воля форм ировалась несвободно.

Поскольку в обычной ситуации воля изъявленная соответствует воле внутренней, а внутренняя воля формируется свободно, пороки воли становятся основанием недействительности сделки лишь при условии, что процесс форм ирования или изъявления воли подвергся искажению под вли я нием строго определенных факторов (заблуждения, угрозы, обмана и т.д.).

Стремление правопорядка найти точку равновесия между учетом пороков воли при совершении сделки, ответственностью каждого за свои действия и защито й доверия к серьезности н амерен ий и надежности всякого, кто изъявляет волю, приводит к TOl\fY, что в большинстве случаев недей стви тельность сделки становится следствием порока воли , только если другая сторона сделюt знала или должна была знать об этом пороке .
Мнимые и притворные сделки ничтожны (ст. 1 70 ГК).

Мнимые и притворные сделки объявляются ничтожными потому, что на самом деле являются не более чем симуляцией сделок. Их стороны совершают действия, выглядящие как волеизъявления, не имея воли вызвать определенные волеизъявлениями правовые последствия. Само по себе отсутствие сделочной воли у одной из сторон (ер. reservatio mentalis) недостаточно дЛЯ отказа волеизъявлению в намеченных им последствиях. Но здесь к нему добавляется осведомленность адресата волеизъявления об отсутствии воли: каждая из сторон знает, что другая только симулирует волеизъявление . В такой ситуации нет оснований признавать наступившими правовые последствия изображенной сторонами сделки в отношениях между н ими.

Ничтожность, однако, абсолютна, и мнимая или притворная сделка ничтожны не только для сторон, но и для третьих лиц. Поэтому на ничтожность мнимой или притворной сделки могут ссылаться не только их стороны в спорах между собой ( например , когда одна из них возражает против вероломно предъявленных другой стороной требований об испол нении сделки , изначально совершенной л ишь для вида), но и третьи лица в спорах со сторонами сделки (когда, например, о своих правах заявляет супруг «Одаряемого» , в действительности купившего вещь, или суб�ект наруше нного преимущественного права покупки, настаивающии на притворности дарения) .

***Стр о г о говоря, абс олютнос ть ничтожности означает, что и стороны м нимой ил и притворной сделки могут ссылаться на их недействительность в спорах с третьими лицами. С этим, однако, тр удно согласиться, когда третьи лица, не зна я об отсутс твии У с торон воли на наступление правовых последствий сде лк и , пола г ались на достовер ность изображен ных сторонами вол еизъявлений . Например, едв а ли справедл иво позвол ить стороне м нимой или п р и твор ной сделки с сылать с я на ее ничтожность в споре с добросовестным третьим л ицом, которое предъявляет вытекающее из этой сделки требование , уступленное ему другой стороной.
Для квалификации действий сторон в качестве мнимой сделки необходимо, чтобы намерение совершить под видом сделки действия , не влекушие соответствующих ей последствий, было общим для всех ее сторон (или для стороны односторонней сделки и лица, к которому она обращена) . Если воля на возникновение соответствующих сделке последствий отсутствует только у одной стороны, сделка мнимой не будет (абз. 1 п. 87 Постановления Пленума ВС РФ № 25). По общему правилу лицо, которое изъявляет волю, делая про себя мысленную оговорку (лат. - reservatio menta!is), что на самом деле не желает наступления предусмотренных волеизъявлением правовых последствий, совершает действительную сделку. Впрочем, и в таком случае можно вести речь о ничтожности, если другой стороне было известно о наличии «мысленной оговорки».

***И ногда говорят, что мнимая сделка характеризуется намеренным несоответствием между волей и волеизъявлением. В де йствительности ос нованием для отказа «мнимой сделке » в право вых посл едствиях я вляется скорее отсутствие волеизъявления, поскольку по существующей между сторонами договорен ности он и лишь совершают действия, которые можно выдать други м за волеизъявления. Чтобы ввести в заблужден ие других, стороны могут симулировать как совершение сделки, так и ее исполнение, подписав, например, не только «договор купли-продажи», но и «акт приема-передачи», не сопровождавшийся реальной передачей. Если действия по и сполнен ию сделки носят симулятивный характер (от лат. simulare - подражать , изображать) , они не препятствуют выводу о ее мнимости ( абз. 2 и 3 п. 86 Постановл ения Пленума ВС РФ № 25).
Изображая совершение сделки , стороны могут преследовать разные uели. Когда таким образом хотят спрятать, замаскировать иную сделку, которую действительно совершают, разыгранный сторонами спектакль именуется не мнимой, а притворной сделкой.

Притворная сделка - это также действия, внешне отвечающие признакам сделки, но в данном конкретном случае совершенные не только без намерения вызвать соответствующие этой сделке правовые последствия , но и преследующие цель прикрыть другую сделку ( предл . 1 п. 2 ст. 1 70 ГК) . Так, чтобы избежать поступления приобретаемого имущества в общую собстве н ность супругов или уплаты н алога , куплю-продажу (прикрываемая сделка) выдают за дарение (притворная сделка). И н ыми словами, в действител ьности договариваясь об обмене вещи на деньги, стороны подп исывают «договор дарения», которым и объясня ют другим ли цам переход собствен ности к приобретателю (см. также абз . 2 п. 1 ст. 572 ГК).

***Учиты вая разнообразие причин, толкающих субъектов на совершение подобных дей ствий, притворная и прикрываемая сделки 1\1Оrут расходиться в отдельных условиях, в типе, в субъектном составе и даже в количестве. К примеру, стремясь уклониться от уплаты н алога, действительно заключенный договор купли-продажи стороны прикрывают другой « куплей-продажей», но на меньшую сумму («Сделка на иных условиях») ( Cl\1. также абз. 3 п. 87 Постановления Пленума ВС РФ № 25). В иных случаях продажу прикрывают дарением, сделку между одними субъектами прикр ывают «Сделкой» между другими, одну сделку прикрывают н ес кольки'1и (п. 87 и 88 Постановления Пленума ВС РФ № 25) .

Так, участник обшества с огра ни ченной ответственностью, не желая соблюдать права преимущественной покупки других участников, по договоре н ности с контрагентом прикр ывает куплю-продажу с воей доли, во- первых, «дарением», на которое не распространяется преи\iушественное право, а вовторых, п осл едующей «Продажей» дол и приобретателю, как будто бы уже ставшему на основании договора дарения участником обшества, на сдел ки между которыми прею.1ущественное право не рас пространяется .

Если же участни ки этих отношений я вляются ком мерчески м и организациями, то законодател ьный зап рет на дарение между ни�ш заставит их включить в структуру своей махин ации еще одно лицо: продавец «подарит» символическую часть с воей доли физическому лицу , которое, в с вою очередь, « передар ит» ее покуп ателю, а тот уже в качестве участника общества «Купит» у продавца оставшуюся часть доли по цене, учитывающей и «подаренную» ему часть. В таком случае два «договора дарения» (между коммерческой организа цией - продавцом и физическим л ицом и между последним и коммерческой организацией - покупателем) и «договор купли-продажи» (между покупателем доли и ее продавцом) прикрывают один единственный договор купли-продажи между продавцом и по купателем.

Притворная сделка представляет собой разновидность мнимой сделки, будучи лишь симуляцией волеизъявления (волеизъявлений). Поэтому она объявлена ничтожной. А к сделке, которую стороны действительно совершили (прикрываемой сделке), применяются относящиеся к ней правила (предЛ. 2 п. 2 ст. 1 70 ГК).
Следовательно, попытка сторон спрятать прикрываемую сделку не является основанием не только для ее недействительности, но и вообще для какого-то особого к ней отношения. Сделка, которую стороны совершили на самом деле , подчиняется установленным для таких сделок требованиям к форме , может быть недействительной при наличии в ней порока (абз. 4 п. 87 Постановления Пленума ВС РФ № 25) и влечет обычные для таких сделок последствия как для сторон, так и в их отношениях с третьими лицами.

**К примеру, вещь, покупка которой одним из супругов прикрывалась «дарением», поступит в общую собственность супругов, а не в индивидуальную собственность супруга, совершавшего сделку. Поскольку в действительности заключен договор купли-продажи, а не дарения, к нему будет применено обшее правило о приобретении и мущества супругами (п. 1 ст. 34 СК), а не исключение из него, относящееся к безвозмездному приобретению (п. 1 ст. 36 СК) . Если притворной сделкой «дарения» прикрывалась купля-продажа доли участия в обществе с ограниченной ответственностью, субъект нарушенного преимущественного права покупки сможет требовать перевода на себя прав и обязанностей покупателя по прикрытому договору.
Сделка, совершенная под влиянием существенного заблуждения, оспорима и может быть признана недействительной по иску заблуждавшейся стороны (п. 1 ст. 1 78 ГК).

При заключении сделки лицо может исходить из ложных представлений о фактических обстоятельствах , в которых оно действует, о содержании совершаемого им волеизъявления , о порождаемых этим волеизъявлением последствиях. Один покупает картину, ошибочно полагая, что она принадлежит кисти известного художника. Другой, запутавшись в своих документах, распечатывает и подпи сывает не ту редакцию прецложенного ему договора, которую планировал. Третий уверен, что, внося имушество в качестве вклада в уставный капитал хозяйственного общества, остается его собственником. Имеющиеся в таких случаях пороки воли (формирование внутренней воли под влиян ием недостоверной информации или разрьm между волей и волеизъявлением) дают основания поставить под сомнение действительность заключенной сделки.

В то же время на сдел а нное заблуждающимся лицом волеизъявление полагается его адресат, чье доверие было бы обмануто в случае признания заключенн ой сделки недействительной. Отказ адресату в возможности полагаться на волеизъявле ние другого снижал бы устойчивость гражданского оборота и вносил бы в него неопределенность. По этой п ричине , а также исходя из того, что каждый должен отвечать за свои действия, в качестве общего правила риск ошибки, допущен ной при совершен ии сделки, возлагается на самого заблуждавшегося.
Заблуждение признается существенным, если именно «благодаря» ему и бьmа совершена оспариваемая сделка, иными словами, если в отсутствие заблуждения сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (п. 1 ст. 1 78 ГК) .

По традиции закон приводит примерный перечень обстоятельств и характеристик сделки, заблуждение относительно которых может являться существенным (подп. 2-5 п. 2 ст. 1 78 ГК). Существенной может быть ошибка в предмете сделки; в ее природе; в лице, с которым заключена сделка; в лице, связанном со сделкой; в обстоятельствах, которые заблуждаюшаяся сторона упоминает в своем волеизъявлении или из которых с очевидностью дЛЯ другой стороны исходит при совершении сделки. Существенным может быть заблуждение и относительно иных обстоятельств.

***При этом ошибка в мотиве не является достаточно существенной для признания сделки недей ствительной (п. 3 ст. 178 ГК). Данное положение - элемент устаревшего понимания ошибки при совершении сделки, в соответствии с которым признание сделки недействительной возможно только при несовпадении воли и волеизъявления, а пороки формирования внутрен ней воли основанием недействительности сделки по общему правилу не явля ются: если лиuо и зъявило то, что хотело, сделка не может быть признана недействительной, даже если оно захотело заключить ее, опираясь на ошибочные представления.
В настоящее вре мя допустимо оспаривание сделок как совершенных под влиянием сушественного заблуждения не только в тех случаях, когда сделанное ли цом волеизъявление расходится с его внутренней волей, т.е. лицо выразило не то, что хотело, например, допустив оговорку, описку или опечатку (подп . 1 п. 2 ст. 1 7 8 ГК и п. 1 Обзора ВАС РФ № 1 62) либо по оплошности спутав организации с одинаковым наименованием и подписав договор не с тем лицом , с которым планировало (п. 2 Обзора ВАС РФ No 1 62).

Недействительной сделка может быть признана и тогда, когда под влиянием заблуждения сформировалась внутренняя воля лица, адекватно выраженная им в волеизъявлении, но сама эта воля была сформирошша на основе ложных представлений о важных для сделки обстоятельствах. Заблуждение в мотиве может быть основанием для признания сделки недействительной, если он был прямо упомянут в волеизъявлении заблуждающейся стороны или был очевиден другой стороне ( подп. 5 п. 2 ст. 1 7 8 ГК) .

Заблуждение в мотиве имеет место и тогда, когда л ицо заключает договор исходя из ложных представлений о качествах предмета сделки, например, покупает позолоченный предмет, приняв его за золотой. Здесь волеизъявление лица не расходится с его внутренней волей (оно действительно хочет приобрести этот предмет) , но сама внутренняя воля сформирована на основе представлений , не соответствующих действительности. По прямому указанию закона такое заблужден ие может быть признано существенным (подп. 2 п. 2 ст. 1 78 ГК). К ошибкам в мотиве относится и заблуждение относительно качеств контрагента.
Необходимость равновесия между учетом пороков воли, ответственностью каждого за свои действия и защитой доверия адресата волеизъявления предопределяет особые последствия признания сделки недействительной как совершенной под влиянием существенного заблуждения. По общему правилу заблуждавшаяся сторона, по требованию которой сделка объявляется недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб (абз. 2 п. 6 ст. 1 78 ГК). Таким образом, даже в тех случаях, когда закон идет навстречу заблуждавшейся стороне, оставляя обманутым доверие ее контрагента и признавая сделку недействительной, риск ошибки он частично все же возлагает на допустившую ее сторону.

Однако обязанности возмещения реального ущерба не возникает, если контрагент заблуждающейся стороны знал или должен был знать о нал ичии заблуждения , т.е. заблуждение было распознаваемым. Более того, если заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает контрагент заблуждающейся стороны, он сам должен возместить ей все убытки (абз. 3 п. 6 ст. 178 ГК) . Речь идет о случаях, когда контрагент своим поведением создал у другой стороны ложное впечатление о значимых обстоятел ьствах или характеристиках сделки, чего не произошло бы, прояви он ту степень заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в данной ситуации. Если контрагент ввел другую сторону � заблуждение умышленно, сделка м ожет о спариваться как совершенная п од влиянием обмана (п. 2 ст. 1 79 ГК) .

_____________

Одно и то же расхождение представлений стороны сделки с действительным положением дел может давать основания и для ее оспаривания как совершенной под влиянием существенного заблуждения, и для предъявления к другой стороне требований, вытекающих из этой сделки ( или использования и ных прав , принадлежащих заблуждавшемуся лиuу как стороне сделки). Так, если купленная вещь оказалась неисправной , возможны и признан ие сделки недействительной из за ошибки в предмете (ибо , заключая договор , покупатель исходил из того, что вещь исправна), и предъявление к продавцу требований, связанн ых с передачей товара ненадлежаще го качества.

Судебная практика допускает альтернативную конкуренцию таких требований: заблуждавшаяся сторо на в праве сама выбрать , ка ким из способов защиты воспользоваться (п. 21 Постановления Пленума ВС РФ № 7 и п . 6 Обзора ВАС РФ № 1 62). Едва ли , однако, справедливо поз вол ить покупателю оспаривать сделку как совершенную под влиянием заблуждения , если , например, в товаре обнаружатся такие недостатки, за которые продавец в соответствии с прямым указанием договора не отвечает. Если же ошибка касается таких обстоятельств , относительно которых было дано недостоверное заверение, заблуждающаяся сторона вправе по своему выбору оспаривать сделку как совершенную под влиянием существенного заблужден ия или воспользоваться правами, принадлежащими ей как адресату недостоверного заверения (п. 3 ст. 43 1 .2 ГК) .
Сделка, совершенная под влиянием обмана, оспорима и может быть признана недействительной по иску потерпевшего (п. 2 ст. 1 79 ГК).

Такая сделка поражена те м же пороком воли, что и сделка , совершенная п од вл ия нием заблужде ния : в обоих случаях в процесс формирования воли или ее изъявления вкрадывается ошибка. Особенность ситуации, в которой оказывается обманутый, заключается лишь в том , что его заблужден ие становится следствием недолжного вмешательства другого лица в процесс формирования или изъявления им своей воли. Такое вмешательство оправдывает признание сделки недей ствительной независимо от того , отвечает ли заблуждение признакам существенности.

Вместе с тем обман не считается настолько серьезным вторжением в процесс волеобразования и волеизъявления , чтобы обосновать признание сделки недействительной , невзирая на доверие контрагента к серьезности сделанного обманутым волеизъявления . По этой причине сделка, совершенная под влиянием обмана, исходящего от третьего лица, может быть признана недействительной только при условии распознаваемости обмана, т.е. при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане (абз . 3 п . 2 ст. 1 79 ГК).
Под обманом понимается умышленное создание у потенциальной стороны сделки ложного представления о значимых для сделки обстоятельствах либо характеристиках сделки или поддержание в ней такого ложного представления с целью побудить ее к совершению сделки или к совершению сделки на определенных условиях (предл. 2 абз. 3 п. 99 Постановления Пленума ВС РФ № 25). Средством обмана могут служить как положительные действия (сообщение ложной информации, отвлечение внимания от значимой информации), так и бездействие ( намеренное умолчание о значимых обстоятельствах).


***Обман в форме умолчания предполагает, что лицо должно было сообщить о соответствующих обстоятельствах при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (абз. 2 п. 2 ст. 1 79 ГК и п. 7 Обзора ВАС РФ № 1 62) . К лицам, заключающим сделку, обращено общее требование закона предоставлять друг другу необходимую информацию (п. 3 ст. 307 и подп. 1 п. 2 ст. 434. 1 ГК) . В целом ряде случаев закон возлагает на одну из сторон определенные информационные обязанности (напри мер , в ст. 804 и 944 ГК) . Особую роль информационные обязанности играют при заключении потребительских договоров ( ст. 10 Закона о защите прав потребителей и ст. 495, 732 ГК).
Обман препятствует свободному формированию воли, от кого бы он ни исходил. Поэтому воля обманутого будет поражена пороком и в том случае, когда обман исходит не от потенциального контраге нта , а от третьего лица. Защита доверия контрагента исключает, однако, оспаривание сделки, когда он не знал и не должен был знать об обмане (предл. 1 абз. 3 п. 2 ст. 1 79 ГК)

Поэтому для признания сделки недействительной как совершенной под влиянием обмана со стороны третьего лица необходимо установить не только факт обмана, но и то, что контрагент знал или должен был знать об обмане. Однако если «третье лицо», от которого исходил обман, вовлечено в процесс заключения сделки самим контрагентом обманутой стороны (например, выступало в качестве его представителя или работника, произвело по его поручению оценку предмета сделки), то контрагент считается знающим об обмане (предл. 2 абз. 3 п. 2 ст. 1 79 ГК). Идет ли при этом речь об опровержимой п резумпции (п. 8 Обзора ВАС РФ № 1 6 2) - вопрос спорный.
Сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, оспорима и может быть признана недействительной по иску потерпевшего (п. 1 ст. 1 79 ГК).

В рассматриваемой с итуаuии имеет место порок воли, которая формируется несвободно из-за недолжноrо поведения другого лица. Этим данные сделки схожи со сделками, совершенными под влиянием обмана. Но в отличие от обманутого жертва насилия или угрозы осознанно совершает сделку, которая не соответствует ее представлениям о собственных интересах, но в сравнении с продолжением насилия или осуществлен ием угрозы выглядит меньшим из зол. Если насилие или угроза исходят от третьего лица, не участвующего в сделке, то судам предлагается признавать такую сделку недействительной , только если другая сторона сделки знала о насилии или угрозе (предл. 3 абз. 1 п. 98 Постановления Пленума ВС РФ № 25) .
Как фактор, влияющий на процесс формирования воли, насилие в смысле принуждения ( принудительная сила - от лат. vis compulsiva) следует отл ичать от насилия, полностью п одавляющего волю жертвы и превращающего ее в орудие чужой воли (vis absoluta). Традиционный пример насилия второго рода - ситуация, когда кто-то водит рукой подписывающего договор лица. В таких случаях отсутствуют не только воля и волеизъявление потерпевшего, а следовательно, и сами сделки, но и действия вообще : жертва насилия вы ступает в качестве объекта, а не субъекта. Но даже если подобное насилие исходит от третьего лица, доверие другой стороны к создавшейся в идимости сделки не может быть защищено, поскольку одним из необходимых оснований такой защиты я вляется ответственность каждого за свои действия, а жертва насилия, подавляющего волю, действий не совершает.
Отграничить насилие как особый фактор искажения воли, отличный от угрозы , непросто. Самостоятельное значение насилия как настоящеrо зла (лицо подвергают побоям или л ишают свободы, чтобы заставить совершить сделку) можно и скать в е го противопоставлении угрозе, внушающей страх перед злом будущим. Однако л ицо совершает нежеланную сделку не столько потому, что уже стало жертвой насилия, с колько потому, что боится продолжения или повторения насилия в будущем, т.е. действует под уrрозой применения насилия.

Совершение сделки под влиянием угрозы имеет место, когда лицо, не без оснований кажущееся способным добиться наступления неблагоприятных для жертвы последствий, ставит ее перед выбором - либо совершить сделку, либо пр и нять такие последствия. Будущее зло, которым пугают жертву с целью подтолкнуть к совершению сделки , может выражаться в физическом или психическом насилии в отношении самой жертвы или ее близких либо причинении вреда имуществу кого-либо из них (абз . 2 п. 98 Постановления Пленума ВС РФ № 25).

Не является угрозой предупреждение потенциального контрагента о неблагоприятных последствиях отказа от заключения сделки , если наступление этих последствий не находится во власти лица, указывающего на них. Так, не будет угрозой исходящее от продавца предостережение, что завтра аналогичный товар будет невозможно приобрести за такие деньги.
Не всякая угроза дает основания для признания сделки недействительной. П оскольку оспоримость сделок, совершенных под влиянием угрозы , обусловлена как вызываемым угрозой пороком воли, так и предосудительностью действий угрожающего , при проведении границы между юридически значимой и юридически безразличной угрозой руководствуются критериями серьезности и правомерности уrрозы.

а) Во внимание принимается лишь достаточно серьезная угроза, т.е. угроза значительным злом, которую угрожающий, по небезосновательному впечатлению жертвы , с высокой степенью вероятности способен привести в испол нение и которая поколебала бы волю обычного участника оборота, окажись он в такой ситуации.

б) Неправомерна угроза противоправным действием или бе здействием . Когда совершение зла, которым запугивают жертву, само по себе является правонарушением (причинение вреда здоровью или лишение свободы, уничтожение или п охишение и мущества) , противоправна и угроза этим действием. Но противоправной может быть признана и угроза правомерным поведением, например, заявлением о преступлении (п. 14 Обзора ВАС РФ № 1 62). Независимо от правомерности того поведения , которым одно лицо угрожает другому, с амо склонение другого л ица к заключению сделки угрозой является неправомерным действием ( предл . 2 п. 4 ст. 1 79 ГК и п . 13 Обзора ВАС РФ № 1 62) .
Кабальная сделка - это сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжельL\: обстоятельств, чем воспользовалась другая сторона. Она оспорима и может быть признана недействительной по иску потерпевшего (п. 3 ст. 1 79 ГК) .

Оспоримость кабал ьной сделки зиждется на трех основаниях, и только н акопление всех элементов фактического состава позволяет отнести сделку к кабальным

а) Во-первых, необходимо, чтобы давление тяжелых обстоятельств оказало решающее влияние на формирование воли п отер певшей стороны на заключение сделки. Иными словами, требуется , чтобы именно стечение тяжелых обстоятельств было необходимой причиной совершения сделки потерпевшей стороной: в нормальной ситуации она не заключила бы сделку на таких условиях. Поэтому такие сделки относятся к сделкам с пороком воли.

б) Во-вторых, кабальной является только сделка на крайне невыгодных условиях, т.е. прежде всего сделка с вопиющим нарушением эквивалентности. Такое нарушение имеет место, когда предусмотренные сделкой условия обмена, согласованный сторонами баланс встречных предоставлений явно (например, кратно) отклоняются от рыночных и лля этого отклонения отсутствуют объективные основания (п. 11 Обзора ВАС РФ № 1 62).

в) В-третьих, для квалификации сделки в качестве кабальной необходимо, чтобы контрагент стороны, оказавшейся в тяжелых обстоятельствах, воспользовался этой ситуацией в своем интересе, т.е. сознательно обратил плачевное положение другой стороны к своей выгоде . Недолжное поведение контрагента как одно из оснований оспоримости роднит кабальные сделки не только со сделками, совершенными под влиянием насилия, угрозы или обмана, но и со сделками, совершенными с целью, противной основам правопорядка или нравственности, и со сделками, совершенными в нарушение запрета злоупотребления правом (ст. 1 68 и 10 ГК) .
В соответствии с принципом свободы договора само по себе нарушение эквивалентности обмена не является основанием для признания сделки недействительной (Редкое исключение из этого правила составляет запрет ростовщических проuентов при п отребител ьском кредитовании (п. 11 ст. 6 Федерал ьного закона от 21 декабря 20 13 г. № 353-ФЗ «0 потребительском кредите ( зай ме)» (СЗ РФ. 20 13. № 51. Ст. 6673)). В соответствии с п. 5 ст. 809 ГК согл ашение о ростовщическом п роце н те хотя и не объявляется н едействител ьным, но суду предоставляется право с н и:�и1ъ такой проuент.) Поэтому правила о кабальных сделках допускают оценку судом справедливости содержания договора только при условии , что пороком поражен процесс его заключения.

В законе отсутствует общее правило о недей ствител ьности договоров с кратным дисбалансом встреч ных предоставлений (лат. laesio enormis - чрезмерная убыточность), которое п озволяло бы оспаривать любую сделку по обмену благами, одно из которых, например, вдвое дешевле другого. Отсутствует также презумпция кабальности сделки при кратном дисбалансе взаимных предоставлений. Вместе с тем при разрешении конкретного спора вполне возможно предположение, что заключение сделки на таких заведомо нерыночных условиях стало следствием фактической слабости одной стороны и злоупотребления своим превосходством другой .
Бол ьшинство сделок должны совершаться письменно (п. 1 ст. 161 ГК). Однако соблюдение требуемой законом формы становится условием действительности сделки лишь в двух группах случаев:
1 ) когда речь идет о нотариальной форме (п. 3 ст. 1 6 3 ГК) ;
2) когда закон требует соблюден ия письменной формы под страхом недействительности, иначе говоря , не только устанавливает, что та или ин ая сделка требует письменной формы, но и объя вляет недействительн ыми сделки, в отношении которых это требование не собл юде но (п . 2 ст. 1 62 ГК).

Нотариально должн ы быть совершены , например, доверенность , вьщаваемая в п орядке передоверия; договор ренты; завешание. Простая письменная форма под страхом недействительности требуется для соглашен ия о неустой ке, договоров залога, поручительства, продажи недвижимости, аренды здания или сооружен ия, кредитного договора, договора банковского вклада, договора страхования и др

Сделки , относяшиеся к одной из этих двух групп и совершенные с пороком формы, ничтожны . В остальных случаях пренебрежение требуемой законом формой влечет иные последствия: по обшему правилу несобл юдение простой п исьменной формы лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, не лишая их права приводить иные доказательства (п. l ст. 1 62 ГК) .

Требования к форме сделки могут быть установлены не законом, а соглашением сторон. Так , вступая в переговоры, стороны могут условиться , что договор , который они хотели бы заключить, подлежит нотариальному удостоверению или, с кажем, должен быть оформлен в виде одного документа, п одписан ного сторонами , хотя по закону для сделок данного вида такая форма и не требуется . Н ередко в договор включают положение , что л юбое изменение договора или его прекраще н ие по соглашению сторон должны осуществляться в письменной форме.

Если в соответствии с соглашением сторон сделка должна быть облечена в нотариальную форму, несоблюден ие этого требования влечет ее ничтожность (п. 2 и 3 ст. 1 63 ГК) . Если же соглашение сторон требует, чтобы их будуuщя сделка была совершена в иной форме, то последствия ее несоблюдения остаются неопределенными.

Согласно п. 2 ст. 1 62 ГК несоблюдение простой письменной формы сделки влечет ее недействительность только в случаях, прямо указанных в законе или соглашении сторон. Следовательно, недействительность будет последствием несоблюдения письменной формы, согласованной сторонами в качестве обязательной для их будушей сделки, только тогда, когда такое последствие прямо предусмотрено их соглашением, а в остальных случаях должен действовать запрет ссылаться на свидетельские показания (п . 1 ст. 162 ГК) .
Объявление сделки, совершенной с пороком формы, недействительной приводит к тому, что, даже будучи изъявленной иным образом, воля стороны или сторон сделки не признается правопорядком. Однако сторону, которая отступает от своего неформального волеизъявления под предлогом несоблюдения требуемой формы, можно упрекнуть в противоречивом поведении (от лат. venire contrafactum proprium - букв. идти против собственного предшествующего поведения)1, т.е" по сути, в нежелании отвечать за собственные действия .

Вместе с тем последовательный запрет противоречивого поведения может повести к полной отмене формальных требований. Поэтому порок формы преодолим лишь в случаях, когда содержащая е го сдел ка сопровождается особыми обстоятельствами, главным из которых является ее исполнение. Так, сделка, ничтожная из-за несоблюдения нотариал ьной формы, может б ыть исцелена судом по требованию стороны, которая пол ностью или частично эту сделку исполн ила, если другая сторона уклоняется от нотариального удостоверения (п. 1 ст. 1 65 Г К).

Закон не устанавливает специальных правил об исцелении других пороков формы , однако к аналогичным исцелению последствиям может привести применение норм, запрещающих недобросовестной стороне, т.е. прежде всего стороне , ведущей себя противоречиво, ссылаться на недей ствительность сделки (п. 5 ст. 1 66 и п. 2 ст. 43 1. J ГК).

Исполнение сделки имеет особое значение для преодоления порока формы потому, что действия по испол нению во многом функционально эквивалентны соблюдению формы: оказывая и принимая согласованные предоставления , стороны демонстрируют, что приняли окончательное решение совершить сделку, что понимают серьезность совершаемого ими шага, что желают наступления соответствуюших правовых последствий (п. 2 ст. 1 5 9 и п . 1 ст. 574 ГК) .
Недействительная сделка не влечет тех последствий, на которые направлена: недействительность сделки означает, что сделка как акт частной автономии не состоялась.

Однако действия сторон, связанные с совершением и исполнением недействительной сделки , вполне могут влечь последствия, предусмотренные законом. Например, если одна сторона угрозами заставила другую вступ ить в сделку, то та вправе требовать возмещения причиненных этим убытков; если стороны недействительной сделки произвели ее исполнение , то у них возникает право требовать друг у друга возврата полученного, поскольку такая сделка не становится основанием ни для перехода прав на переданное по ней имущество, ни для сохранения полученного сторонами за собой . Эти правоотношения возникают не в силу волеизъявления сторон, а в силу юридических фактов, предусмотренных законом.

В понужлении к заключению сделки угрозами нетрудно увидеть противоправное причинение вреда (деликт); в передаче и мушества во исполнение несуществующего обязательства, на возникновение которого была направле на н едействительная сделка, - исполнение недолжного (неосновательное обогащение); во владении вещью в отсутствие права на нее или действительного договора с собственником - незаконное владение. Юридические последствия наступления всех этих фактов устанавливает закон: причинитель вреда становится должником в обязательстве из деликта, получивший недолжное - должником в обязательстве из неосновательного обогащения (кондикuионном) , а незаконный владелец - ответчиком по иску об изъятии у него вещи управомоченным лицом (по в индикационному требованию).
Однако отношения сторон недействительной сделки регулируются не общими правилами о деликтах, неосновательном обогащении или о незакон ном владении чужой вещью, а специальными правилами, рассчитанными на ситуации, когда к противоправному причинению вреда, исполнению недолжного или незаконному владению добавляется еще один юридический факт - недействительная сделка.

Предусмотренные этими специальными правилами правовые последствия составляют понятие «последствия недействительности сделки» или «последствия, которые связаны с ее недействительностью» (абз . 1 п. 1 ст. 1 67 ГК) . К ним относятся:
а) реституция (возврат сторонами друг другу всего полученного) и
б) возмещение убытков, которые одна сторона пр ичинила другой .

Ранее распространенным последствием недействительности бьmа также конфискация (взыскание всего полученного сторонами в доход государства), которая теперь возможна лишь гипотетически: она применима, только если будет принят закон, который предусмотрит такое последствие на случай совершения сделки с целью, противной основам правопорядка или нравственности (предл. 2 ст. 1 69 ГК) .
Особые правила о последствиях недействительности сделки, вы тесняюшие общие правила о деликтных, кондикuионных и виндикационных требованиях, появились в советском праве . Тогда применение последствий совершения и исполнения недействительных сделок рассматри валось как способ защиты прежде всего публичного интереса, а не частных интересов сторон сделки (ибо само гражданское право того периода по своей сущности не было частным правом) .
Если закон объявлял сделку недействительной, то сохранение сторонами полученного по ней за собой воспринималось как идущее вразрез с волей государства. Поэтому при недействительности сделки стороны или одна из н их бьmи обязаны передать все п олученное по сделке либо в доход государства (конфискация), либо вернуть друг другу (одн осторонняя или двусторонняя реституция), причем пр имене ние этих последствий суд осуществлял по собственной инициативе лаже в отсутствие заявлений сторон.

Эта особенность отношений по возврату полученного, а также необходимость разграничения тех случаев, когда стороны возвращают полученное друг другу, и тех, когда оказанное или причитающееся предоставление взыскивается в доход государства , и привели к формированию представлений о реституции (restitutio - букв. восстановлен ие , от лат. restituere - восстанавливать, возвращать) как о самостоятельном правовом и нституте, отличном от классических кондикuии и виндикации , а также определили ряд ее черт, сохраняющихся и поныне .
6.2 Реституция

-возврат сторонами друг другу всего полученного по недействительной сделки

-только стороны могут воспользоваться правом требовать реституции (принцип диспозитивности; но если одна из сторон предъявляет иск о возврате полученного другой стороной, то суд обязан рассмотреть и требование другой стороны независимо от того, заявит ли она об этом; также возможна реституция по инициативе суда для защиты публичных интересов - это уже устаревшее совковое понимание)

-из-за совка же мы не признаём обязательственный характер реституции:
а) законодатель прямо не относит реституционные требования к обязательственным, а допускает применение к ним общих положений об обязательствах лишь постольку, поскольку иное не установлено законом или не вытекает из существа соответствующих отношений (подп. 2 п. 3 ст. 307 . 1 ГК)
б) частная автономия сторон поставлена в очень узкие рамки в этом отношении (только между предпринимателями и при соблюдении определённых условий)
Реституцией пазывают возврат сторопами друг другу всего получеппого по педействительпой сделке в натуре или, если возврат в натуре невозможен, возмещение его стоимости .

Если недействительный договор исполнен обеими сторонами, правом требовать такого возврата наделяется каждая из его сторон. Если исполнение произведено лишь одной стороной , то реституционным требованием наделяется только она (п. 2 ст. 1 67 ГК) . Когда, например, сторонами исполнен недействительн ый договор купли-продажи, продавец вправе требовать возврата товара, сохранившегося в натуре, или стоимости утраченного товара, а покупатель - возврата уплачен ной им цены.

Право сторон договора требовать возврата исполненного является закономерным следствием его недействительности. Обмен благами между юридически равным и и с вободными субъе ктами возможен лишь по соглашению между ними . Если же оно не произвело предполагаемого эффекта , фактически состоявшийся обмен оказывается безосноватедьным, а его участники н аделя ются правом требовать восстановлен ия положения, сушествовавшего ранее .

Основную цель реституции составляет защита частных интересов участников недействительной сделки . Поэтому по общему правилу право требовать применения последствий недействительности при надлежит только им. Исключения из этого могут предусматриваться законом, но иногда допускаются судами и без такого указания (абз . 1 п. 3 ст. 1 66 ГК и п. 78 Постановления Пленума ВС РФ № 25)

***Учитывая принцип диспозитивности, цель защиты интересов сторон недействительной сделки должна считаться достигнутой уже тем, что они наделяются правом требовать друг у друга возврата исполненного. С этой точки зрения предъявление реституционного требования должно оставаться на усмотрение той стороны, которой это требование предоставлено.
Однако в отступление от указанного принципа суды исходят из того, что реституция является двусторонней как в материально-правовом смысле (в смысле наделения реституционными требованиями обеих сторон исполненной недействительной сделки), так и в процессуальном смысле. В соответствии с этим подходом если одна из сторон предъявляет иск о возврате полученного другой стороной, то суд обязан рассмотреть и требование другой стороны независимо от того, заявит ли она об этом ( предл. 2 п. 80 Постановления Пленума ВС РФ № 25 и п. 1 Обзора ВАС РФ № 1 26) .

По традиции, берущей свое начало в советском праве, ГК допускает применение последствий недействительности сделки, прежде всего реституции, по инициативе суда, когда это необходимо для защиты публичных интересов, а также в иных предусмотренных законом случаях (п. 4 ст. 1 66 ГК). Это правило также является отступлением от принципа диспозитивности и едва ли может быть согласовано с пониманием реституционных требований как субъективных частных прав.

Сохранение устаревших представлений о реституции как способе защиты публичных, а не частных интересов препятствует безоговорочному признанию ее обязательственного характера и предоставлению сторонам полной свободы в определении последствий недействительности сделки договором. Хотя в содержание реституционного правоотношения входит обязанность одной стороны совершить определенные действия в пользу другой и право другой стороны требовать совершения этих действий, законодатель прямо не относит реституционные требования к обязательственным, а допускает применение к ним общих положений об обязательствах лишь постольку, поскольку иное не установлено законом или не вытекает из существа соответствующих отношений (подп. 2 п. 3 ст. 307 . 1 ГК) .

Последствия недействительности сделки определены законом, а частная автономия сторон поставлена в очень узкие рамки. Установление иных последствий недействительности сделки соглашением сторон допустимо лишь для оспоримых договоров между предпринимателями и только при условии, что такое соглашение заключено после признания сделки недействительной и не за трагивает и нтересов третьих лиц, а также не нарушает публичных интересов (п. 3 ст. 43 1.1 ГК).
РЕСТИТУЦИЯ ВЛАДЕНИЯ
Когда предметом реституционного требования является возврат индивидуально-определенной вещи, переданной по недействительной сделке и сохранившейся в натуре к моменту рассмотрения спора, говорят о реституции владения. Это требование основано не на нарушении права собственности лица, передавшего вещь по недействительной сделке (чем отличается от виндикационного иска), а на факте передачи владения по порочному основанию, чем сходно с владельческими требованиями1• Иными словами, требование строится не по модели «Отдай мое» , а по модели «отдай то, что я тебе передал по недействительной сделке». И стец, который требует возврата переданной им вещи, не должен поэтому утверждать и доказывать, что я вляется ее собственником (п. 81 Постановления Пленума ВС РФ № 25 и п. 3 Обзора ВАС РФ № 1 26) .

КОМПЕНСАЦИОННАЯ РЕСТИТУЦИЯ
Если же переданная по недействительной сделке вещь не сохранилась у получившей ее стороны (выбыла из ее владения , потреблена или утратила идентичность) либо оказанное по недей ствительной сделке предоставление было иным, нежели передача вещи (выражалось, например, в выполнении работ или в о казании услуг), то п олученное не может быть возвращено в натуре. В такой с итуации предметом реституционного требования становится стоимость полученного другой стороной (компенсационная реституция) .
Наряду с реституцией как общим последствием недействительности сделки специальным дополнительным последствием я вляется возложение на одну из сторон такой сделки обязанности возместить другой стороне убытки, которые та понесла из-за вступления в не действительную сдел ку.

Это имеет место в трех группах случаев:

1) когда упречное п оведе ние обязанной к возмещению убытков стороны стало причиной вступления другой стороны в нежелательную для нее сделку (например , при совершении сделки под влиянием насилия, угрозы или обмана , неосторожного в веде н ия в заблужден ие или при заключении кабальной сделки ); - ВСЕ УБЫТКИ (в объёме негативного интереса, поскольку речь идет об убытках, причиненных тем, что п отерпевший оказался втянут в нежелательную для него сделку, в р езультате их возмещения он должен быть поставлен в положение , в котором находился бы, если бы эту сдел ку не с овершал (абз. 2 п. 20 Постановления Пленума ВС РФ № 7))

2) когда основанием недействительности сделки я вляется ошибка этой стор оны, не рас познанн ая другой стороной и не являющаяся следствием обстоятельств, за которые другая сторона отвечает (абз . 2 п. 6 ст. 1 78 ГК) ; - РЕАЛЬНЫЙ УЩЕРБ

3) когда эта сторона не учла в должной мере интересы другой стороны, которая , как был о известно или должно было б ыть известно этой стороне , не обладала деес пособностью в достаточном для вступления в сделку объеме (например, при совершении сделки с гражданином, признан ным судом недееспособным; с малолетним или с несовершеннолетним в возрасте от 1 4 до 18 лет; с лицом, ограниченным в дееспособности; с гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими), поскольку в соответствии с п. 3 ст. 307 ГК стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга . - РЕАЛЬНЫЙ УЩЕРБ

---> в других двух случаях уже упущенная выгода, выразившаяся, н апример, в том, что, считая себя связанным недействительной сделкой, он упустил возможность заключить альтернативную сделку на выгодных условиях.